Наш офіцерський клуб (рівно 200 років тому) / 30+

Решив вопрос с недостачей продовольствия, Дон Мигель в сопровождении Багамского, Марины Адольфовны, денщика Петровича и взвода личной охраны прошелся по городу. Внимательно осмотрел здания, улицы, отказался от трёх приглашений угоститься в местных ресторанах и в конце инспекции поблагодарил Багамского за отлично выполненную работу.

- Проси чего хочешь, - сказал Дон Мигель Багамскому, приколов к его груди медаль "За усердную службу". Багамский, увидев награду, едва не упал в обморок. За всю историю полка это было всего третье награждение. Первую медаль получил когда-то сам Дон Мигель, вторую - Марина Адольфовна, а третья теперь была у него, у Багамского.

Багамский бросил быстрый взгляд на Марину Адольфовну, поймал ответный взгляд и всё понял.

- Шеф, прошу вашего разрешения на женитьбу Ржевского, Котовского и фон Юргенса, - проникновенным голосом сказал он.

- Та не-е-е-е, - слегонца покраснел Дон Мигель. - Я не это имел в виду. Я думал, ты попросишь золотое оружие, отпуск домой или скажешь мне прямо в лицо "Шеф, служить у вас - лучшая для меня награда!", а ты, братец, по беспределу пошёл.

- Ну, вы же сами сказали "Проси чего хочешь", - тоже покраснел Багамский.

- Шеф, - вмешалась Марина Адольфовна. - Слово - не воробей...

- Не воробей, не воробей, - проворчал Дон Мигель. - А вы и рады подловить старика. Ладно, пусть пишут рапорты. Только быстро, а то передумаю.

- Благодарю, ш-шеф! - обрадовался Багамский и рванул к друзьям, рассказать приятную новость.

Дон Мигель с легким подозрением посмотрел на Марину Адольфовну.

- Это чего такое сейчас было? - спросил он.

- Чего? - притворно удивилась немка.

- Про воробья, - сказал Дон Мигель. - Или и ты задумала замуж выскочить? Давай рапорт, и я его тут же подпишу.

- То есть вы согласны? - удивилась Марина Адольфовна, но тут же пришла в себя. - Ой, как хорошо! Дождалась-таки! Я вас знаете как люблю, шеф? Такой жены, вы нигде больше не найдёте! Да я вас на руках носить буду!

- Айн момент, - заволновался Дон Мигель. - А при чём тут я?

А потом подумал: "Разница в возрасте почти сорок лет. Точно на руках носить будет. Со временем".

- Как при чём тут вы? - возмутилась Марина Адольфовна. - В рапорте указано, кто жених, кто невеста. Если вы его подпишете, значит, согласны на брак. Правильно?

- Неправильно! Там нужна подпись жениха. А потом ещё одна подпись. Моя как командира полка. Разрешительная.

- Шеф, вот это вот началось виляние. Если вы согласились подписать рапорт, значит, согласились и с тем, что в нём будет написано. Правильно?

- Что-то тут не то, - подумал Дон Мигель, впервые в жизни пожалев, что в училище пропускал лекции по сопромату по военной юриспруденции.

И почесал репу. Репа тут же напомнила хозяину о 25-м пункте Устава.

- Если жених и невеста служат в одном полку, рапорт должен писать жених, - облегченно вздохнул Дон Мигель. - Пункт за нумером 25. Не верите - можете проверить.

- Зачем? - вздохнула Марина Адольфовна. - Я его наизусть помню. Не хотите - не надо. А то ещё подумаете, что я вам навязываюсь.

- Женился бы ты, Мигель, - шепнул ему внутренний голос. - Смотри, какая девка ладная. И любит тебя давно.

- Вали отсюда, - подумал Дон Мигель. - В прошлые четыре раза ты то же самое говорил.

- Моя дорогая, - сказал Дон Мигель, и Марина Адольфовна аж напряглась. - Если я буду жениться, вы - первая кандидатура.

- Хорошо, - покраснела секретарь. - Договорились.

- А я? - оторопело прошептала стоявшая рядом Петрович. - А как же я? Я тоже люблю шефа.

- Ты - вторая кандидатура, - прошептала в ответ денщику Марина Адольфовна. - Мало ли что может со мною случиться. Нельзя отдавать шефа в случайные руки. Он такой доверчивый.

- Ничего я не доверчивый, - сказал обладавший прекрасным слухом Дон Мигель. - Если б я был доверчивым, мы бы сейчас на Кубе торчали. Ждали бы этого... как его... справедливого гнева восставших кубинских рабов. А так - мы здесь. В относительной безопасности. Над головой мирное небо. Еды вдоволь. Климат прекрасный. Океан тихий.

- А Козлюк-старший с товарищами? - спросила заботливая Петрович. - Он же на Кубе остался. Как же теперь они?

- Козлюку отдан приказ: в случае чего быстро валить к нам в Калифорнию. Так называемый план "В", - сказал Дон Мигель, посмотрел вдаль и увидел быстро летящий к городу воздушный шар. - О! Вот и Козлюк. Что-то быстро он ретировался.

Козлюк-старший, подлетая к городу, увидел внизу командира полка, сделал резкий поворот и произвёл вертикальную посадку прямо перед Доном Мигелем (воздушный шар специальной конструкции, очень секретная разработка полкового кузнеца Митрича. Поэтому, дорогой читатель, на сей раз без технических подробностей, простите великодушно. - Прим. автора).

Из воздушного аппарата молодцеватой походкой вышел Козлюк-старший и, чеканя шаг, подошёл к шефу.

- Разрешите доложить! - обратился он.

- Без сантиметров, поручик. Почему прилетели? Что с базой? - спросил его шеф.

- Без сантиментов, - шёпотом поправила шефа Марина Адольфовна. А шеф только отмахнулся.

- База продана, - слегка виновато улыбнулся Козлюк-старший. - Не успели вы улететь, как набежали покупатели: англичане, французы, османы, потом эти ужасные... как их... перцы...

- Наверное, персы, - поправила Козлюка секретарь.

- Точно, персы, - сказал Козлюк. - Данке шён, Марина Адольфовна. Такой гвалт устроили, шеф, хоч з хати тікай! В конце концов базу за пять тонн золотых выкупил зеленщик Родригес. Остальные предлагали векселя, расписки, а персы так вообще - какую-то вонючую жидкость. В неограниченных количествах, но самовывозом. Сказали, что это тоже золото, только чёрного цвета.

- Нашли дураков, - сказал Дон Мигель.

- Я им то же самое сказал, - продолжил Козлюк. - Деньги мы привезли. Ключи отдали Родригесу. Надеюсь, широкие массы восставших базу не тронут.

- А что, на острове начались беспорядки? - вмешалась в разговор Марина Адольфовна.

- Ага, - сказал Козлюк-старший. - Как только вы улетели, так сразу и начались. Люди стали кричать "Вóна шо оно делается! Даже гусары от нас убёгли! Долой испанцев!". Потом пошли погромы, потом - пожары. Особенно лютовали женщины. (Первые два банка, самые богатые, вынесли Козлюк-старший со товарищи. Практически сразу после отлёта шефа. - Прим. автора).

- Ладно, - вздохнул Дон Мигель. - Продали, значит, продали. Золото сдайте в полковую казну. От вас к завтрему жду рапорт, а пока можете отдыхать.

Дон Мигель, Марина Адольфовна и Петрович сидели на вилле, пили вино, любовались Тихим океаном.

Охрана расположилась по периметру и в перерывах между партиями в подкидного тщательно отслеживала ситуацию.

- Хорошие места, - сказала Марина Адольфовна. - Климат хороший. Не то что на было на острове.

- Да уж, - согласился с нею Дон Мигель, отхлебнул вина и закусил двумя ложками оливье. - Это мы правильно сделали, что поменяли дислокацию.

- Петрович, - обратился шеф к денщику. - Поторопи наших кокандцев, чтоб быстрее плов делали. Они на заднем дворе. И охрану покормите.

- Ага, - ответила Петрович и убежала раздавать команды.

Петрович прибежала через 10 минут с тарелкой плова.

- Шеф, зацените, - поставила она плов рядом с Доном Мигелем. - Я уже пробовала, можете кушать смело.

Марина Адольфовна подошла к девушке, внимательно посмотрела ей в глаза. Зрачки Петрович были в норме, не расширены.

- Можно кушать, шеф, - кивнула Марина Адольфовна.

Дон Мигель попробовал и остался доволен.

- Пусть несут всем, - сказал он, открывая второй бочонок вина.

- Ага. Щас скажу, - ответила Петрович и убежала.

Спустя ещё 10 минут на запах плова подтянулись Котовский с фон Юргенсом, Ржевский и Багамский.

Пришли и уселись за стол.

- Спасибо вам, дорогой шеф, за разрешения на женитьбу, - подпустил слезу в голосе Юргенс. - А то моя Катарина просто измучилась вся. Даст - не даст шеф разрешения на свадьбу? Двое суток заснуть не могла.

- Двое суток - это да, - сказал Дон Мигель. - Надеюсь, вы использовали её бессонницу правильным образом.

- А как же, - ответил шефу фон Юргенс. - Шуба песцовая, шуба норковая, чёрная икра, косметика французская - всё как положено.

- Человек! - крикнул в сторону заднего двора Котовский. - Четыре порции плова! Быстро!

- А не то...! - с угрозой в голосе добавил Ржевский.

- Точно! - поддержал друга Багамский.

И через минуту стол перед гусарами был уставлен едой.

- Ну-с, братцы, - сказал Дон Мигель и поднял бокал с вином. - За нас, за Калифорнию, за сытую и спокойную жизнь!

- Ура! - крикнули офицеры и принялись за обед, весело стуча вилками, звеня ножами и бокалами.