УКРАЇНСЬКИЙ ФОРУМ КОЛЕКЦІОНЕРІВ

Через полчаса на шум штабных учений подтянулся Козлюк-младший. С грустным видом. С новенькой папкой из кожи крокодила.

Для начала его заставили выпить штрафную, потом - попробовать плов, после чего Дон Мигель отеческим тоном поинтересовался у Козлюка, что случилось и чем он, один из лучших гусаров полка, недоволен, имея рядом таких друзей, такие условия для службы да ещё и молодую жену приятной наружности?

Козлюк-младший вздохнул, с трагическим выражением лица открыл папку и достал оттуда лист бумаги, исписанный красивым гусарским почерком.

Дон Мигель взял бумагу и прочёл вслух: "Рапорт. О разрешении на немедленный развод с Аннабель фон Козлюк".

Гусары тут же прекратили разговоры, а Марина Адольфовна покраснела от возмущения. По её матримональным планам в отношении шефа только что был нанесён серьёзный удар.

Дон Мигель прочитал рапорт Козлюка-младшего и отдал его секретарше.

- Зарегистрируй, как положено. Отпустим узника на свободу, - сказал он и улыбнулся Козлюку самой доброй из своих улыбок.

- Что-то здесь не то, шеф, - сказала Марина Адольфовна, ознакомившись с семейными приключениями великого писателя.

- Я сейчас, - встала она из-за стола. - Шеф, отпустите со мной Петровича.

- Нехай іде, - махнул рукой Дон Мигель.

И обе девушки направились к выходу из базы. А рапорт остался у шефа.

- А чего там в рапорте? - осторожно спросил шефа осторожный с самого детства фон Юргенс.

- Да-да, чего там? - поддержал немецкого барона Ржевский и вздохнул, подумав о своей Лизоньке.

- Чего-чего, - ответил шеф. - Того! Как жениться, так вы орлы, а как начались семейные дрязги, сразу ко мне прибегаете. Да?

И опять принялся за плов.

- А что с рапортом, шеф, - шмыгнул носом красный, как рак, Козлюк. - Подпишите?

- Подпишу, конечно, - Дон Мигель достал из походного чемоданчика чернильницу. - Куда ж я денусь? Манипулируете стариком и рады стараться.

Козлюк расцвёл.

Дон Мигель положил рапорт на стол и аккуратно вывел вверху первой страницы: "Брак расторгнут по рапорту пострадавшего в оном барона и поручика Вольдемара фон Козлюка. Претензии от бывшей супруги, других связанных с нею лиц или организаций принимаются письменно после уплаты пошлины в размере 5000 золотых эскудо наличными в казну полка. Месяца ноября 12 числа 1825 года. Подпись".

Хотел добавить к написанному общеизвестную, хоть и не вполне приличную, фразу, но сдержался.

- Это у тебя уже какой по счёту брак был? Десятый? - спросил Козлюка Дон Мигель.

- Пятнадцатый, но первые пять я не считаю, - скромно ответил Козлюк. - То по молодости. Спорили с дружбанами, что не забоюсь.

- М-да, - сказал Дон Мигель. - И ты никак не успокоишься. Говорящая у тебя фамилия, братец. Говорящая.

- А что Марина Адольфовна? - спросил Козлюк, пропустив мимо ушей колкость шефа. - Она ж к Аннабель пошла.

- Ну, и что? - ответил Дон Мигель. - У них свои интересы, у нас свои. Не переживай. Кушайте, братцы, а то плов остынет.

И гусары дружно налегли на обед.

- Прекрасный плов, - сказал Котовский, приступая ко второй порции. - Как у кокандского хана. Даже лучше. Песка нету.

- Да-а, - поддержал товарища фон Юргенс, лично руководивший тогда захватом Коканда путешествующими по Азии гусарами. - Весёлое было время.

И все за столом заулыбались, вспомнив совсем недавние годы.

- В Индию надо было тогда проскочить, - сказал поручик Багамский. - Через Афганистан. В Индии мы бы конкретно затрофеились.

- Восток приятное место для трофеев, - согласился с другом Ржевский. - Я тогда в Коканде в одну лавку зашёл с чёрного входа (ночью, с группой прикрытия, после тщательно проведенной разведки, предварительно взломав запоры. - Прим. автора), так там, братцы вы мои, музей настоящий. Столько добротного оружия в одном месте я не помню, чтоб где-нибудь видел. Одних булатных клинков штук пятьсот взяли. Индийская работа.

- М-да, - сказал Дон Мигель. - Индия. Страна чудес. Правда, конкуренты наши ту красоту обнесли так, шо ховайся в жито. Всё, что можно было вывезти, вывезли. Не поверите: до пальм с фикусами дело дошло.

- Можно вместо Индии в Японию съездить прибарахлиться, - предложил коллективу Багамский. - Или в Китай. Заодно проветримся.

- Давайте, братцы, сначала здесь осмотримся, - сказал Дон Мигель. - Места для нас новые. Мало ли что...

- А на чём за трофеями отправимся? - спросил шефа Котовский, наливая себе десятый по счету стакан коньяка. - Ну, потом отправимся, когда здесь осмотримся хорошенько?

- Думаю, на воздушных шарах, - почесал репу Дон Мигель. - Быстро, удобно и сверху всё хорошо видно.

- Сплошные удобства, - кивнул фон Юргенс. - и никто не скажет, что девок с собой на воздушный шар брать нельзя, что, мол, плохая примета. Не то что на кораблях. Помню, плавал я на фрегате юнгой. Первый рейс и - на тебе: попали мы в штиль недалеко от Африки. Месяц простояли на месте. Так надоело, словами не описать! Кок два раза пытался пешком с корабля уйти.

- Получилось? - спросил Юргенса Багамский.

- Нет, конечно, - ответил фон Юргенс. - Кто ж ему даст! А жратву готовить кто будет? Сидел на цепи прямо в камбузе, пока ветер не подул. Я после этого штиля в сухопутные войска перешёл. Тут штиля не бывает.

- Точно! - поддержал товарища по оружию Котовский. - У нас может быть, что угодно, кроме штиля.

- Кстати, братцы, - сказал Дон Мигель, - всё забываю спросить, что стало с теми японцами, которые ночью на Барышевского нарвались, потом просили их хорошо кормить, золото в оплату предлагали?

- Я понял, шеф, о ком вы, - ответил фон Юргенс. - Так их той же ночью возле столовой при попытке к бегству неустановленные лица ограбили, а потом таки дали возможность убежать.

- С голоду не помрут? - спросил друга сердобольный Котовский. - Всё-таки без денег остались.

- Японцы? Не думаю, - успокоил товарища фон Юргенс. - То ты такие ребята, что на второй день откроют японский ресторан и будут зарабатывать себе на обратный билет. Или какое-нибудь судно угонят.

- Я думаю, эти японцы на Кубе и останутся, - сказал Ржевский. - Что им та Япония? Средневековье какое-то. К тому же, все эти этикеты японские, поклоны-макароны. Только после вас, мсье самурай, битте, битте! Ах, ну, что вы, мон шер, как я могу? Идите вперёд вы! Не могу-с. И я не могу-с, уж извините. А давайте, вот эту даму вперёд пропустим? А давайте! Пропускают вперёд даму, и та довольная бежит домой жаловаться мужу. Так до вечера на улице и стоят - дам вперёд пропускают. А повезёт - то и девок незамужних.

- Да уж! - поддержал товарища Багамский. - Сплошные церемонии. А на Кубе совсем по-другому. Вышел утром на улицу, дёрнул рома в пивной на углу, девушкам поулыбался, на рыбалку сходил, вернулся, кухарка налепила пирожков с рыбой или там расстегаев. Поел сам, соседей угостил. Где девки молодые есть, а не всех соседей подряд. Те ему рому нальют... Песня. И никто никому голову не рубит, харе кирю не делает. Японцам на Кубе понравится.

- Красиво вы это так всё рассказали, дорогой поручик, - сказал Котовский. - Аж захотелось на пару дней в Гавану съездить. В командировку. (Чтоб не за свой счёт, добавил он тихо.)

- И я бы на Кубу съездил, - сказал фон Юргенс, вдруг вспомнив забытые в хлопотах при отъезде золотые слитки на чердаке. - Соскучился тоже.

- И мы бы тоже, - переглянулись Багамский и Ржевский, а потом посмотрел на шефа.

- Тоже чего-то забыли? - спросил их Дон Мигель.

Ржевский, Юргенс и Багамский моментально покраснели.

Котовский посмотрел на товарищей и на всякий случай покраснел тоже. Мало ли что, подумал он.

- Заберёте свои сокровища у Марины Адольфовны в штабе, - продолжил шеф. - Она при отъезде вымела с базы всё подчистую.

Дон Мигель приложился к графину с коньяком (наливать в стакан было лень) и добавил, глядя Ржевскому прямо в глаза: "В том числе и зарытые вами в разных местах клады в количестве пяти единиц, дорогой поручик".

- Это пипец какой-то, а не Марина Адольфовна, - подумал Ржевский, и его передёрнуло.

- Шеф, а кто это у вас там на пляже стоит? - спросил Козлюк-младший шефа.

- Где? - переспросил Дон Мигель.

- Да вон же, возле лодки. С рыбой в руках. - сказал Козлюк и показал рукой нужное направление.

Дон Мигель слегонца, самую малость, покраснел.

- А-а, это? - ответил он. - Это моя племянница. Сегодня приехала из Швеции. Очень любит рыбалку, вот и напросилась к дяде в гости. Где-то вычитала, что здесь клёв лучше, чем у них на Балтике.
- М-да, - сказал Козлюк-младший. - Симпатичные у вас племянницы. Ко мне на Кубу тоже как-то раз одна племянница приезжала на рыбалку. Из Кишинёва.

- Да ну? - удивились остальные гусары. - К тебе? Племянница? И что?

- Та ничего хорошего, - вздохнул Козлюк. - Лучше бы она дома сидела.
- Не, ну это вы, любезный друг, придираетесь к племянницам, - попенял Козлюку Багамский. - Для Кишинёва она очень даже неплохо смотрится. Там же моря нет?

- Такого, как здесь, нету, - сказал Козлюк. - Там виноградники. И вино. Море вина.

- Ну, вот видите! - обрадовался Багамский. - Для вина любая рыба подойдёт. А её размер - дело десятое.