Наш офіцерський клуб (рівно 200 років тому) / 30+

- Сейчас, - сказала Хуанита и открыла дверь на кухню пошире.

- Хорошо готовит, а уж как жарит форель - залюбуешься, - продолжила Хуанита.

- Форель жарить и я умею, - синхронно подумали все гусары, включая шефа. - Шо там её жарить.

- А муж её точно не будет искать? - почесал репу Ржевский. - Уж больно хороша.

- Ну, не лучше Лизы, - шепнул ему Багамский. - Или всё-таки лучше?

Ржевский промолчал и выразительно посмотрел на молдаванку. Их взгляды встретились на миг, но тут Хуанита, которую резво одолели совершенно беспочвенные мысли, закрыла дверь.

- Давайте ей фамилию поменяем, - предложил фон Юргенс. - На другую. Чтобы муж не нашёл. Или вообще по-быстрому замуж отдадим, и дело с концом.

- Друзья, отстаньте вы от этой молдаванки, - сказал Дон Мигель. - Давайте-ка лучше еще по бутылке коньяку.

- Дорогой шеф, - обратился к дорогому шефу Котовский, откупорив бутылку. - Позвольте полюбопытствовать, а где ваша племянница? Ну, та. Которая рыбачка из Стокгольма?

Дон Мигель посмотрел на Марину Адольфовну. Марина Адольфовна посмотрела на Дона Мигеля. Два дня назад она лично посадила "племянницу" шефа на клипер, собиравшийся плыть в Данию, и попросила её никогда не возвращаться.

Свою просьбу Марина Адольфовна подкрепила лёгким пинком в пятую точку "племянницы".

- Она срочно уехала, - ответила Марина Адольфовна Котовскому. - Позавчера. Сначала в Данию, а оттуда к себе домой в Стокгольм. Там, оказывается, тоже рыбы стало много.

- Как жалко, - пробормотал Котовский, а потом спохватился. - У меня в Стокгольме двоюродная сестра замужем. Хотел передать подарок, а вот теперь не получится.

- Обидно-то как, - посочувствовала Котовскому Марина Адольфовна.

- Ещё как обидно, - согласился Котовский, вытащил из походного рюкзачка и в расстроенных чувствах осушил в одиночку бутылку рома. На старой, местами потёртой бутылочной этикетке было написано Port Royal и стоял штамп с датой "1669".

- Не огорчайтесь, - сказал фон Юргенс Котовскому. - Давайте возьмём воздушный шар и слетаем в этот ваш Стокгольм. Шеф, полагаю, возражать не будет.

- Будет, - сразу же отреагировала Марина Адольфовна. - Потому как не положено в личных целях на воздушных шарах в такую даль лететь. Где вас потом разыскивать прикажете?

- В Стокгольме, - ляпнул Котовский. - Где ж ещё? Мы быстро и аккуратно.

- Знаю я ваше "быстро и аккуратно", - сказала Марина Адольфовна. - Забыли про Копенгаген?

Фон Юргенс и Котовский покраснели.

- Какой-то ужас, - шепнул Багамский Ржевскому. - Уже к девкам слетать нельзя.

- Геноцид, - с видом знатока ответил дружбану Ржевский.